A Tale About a Lost Soul - Liliya Garipova

A Tale About a Lost Soul

The shepherd boy was awakened by strange sounds coming from the street. Rubbing his eyes, he remembered – it’s a day off. No need to rush to the herd; he could lounge in bed until his mother called him for breakfast.

Strange sounds were growing stronger. Jumping out of bed, he looked out of the window and saw a crowd surrounding a girl in a blue scarf. Her red hair, puffed out of the scarf, was fluttering to the beat of a poignant melody – the girl was playing the violin.

The shepherd boy quickly got dressed and ran outside. The crowd of listeners was growing. Someone started quietly sobbing. Someone threw a coin into the violin case.

Eventually, a policeman showed up. He stood still for a few moments, then flicked his whip and began to disperse the crowd. The girl hastily gathered her belongings and slipped into the next lane.

The shepherd boy ran after her.

Not daring to come closer, he watched her from a distance.

She noticed him and stopped.

- You played so beautifully, – the shepherd boy forced himself to speak, choking with embarrassment.

- Thank you.

There was an awkward silence. Then she sighed:

- I have to go. By the way, you too can play like that if you want.

- Me? – the shepherd boy was astonished.

– You are kidding! I’m just a shepherd boy, not a musician.

She reached out and stroked his shaggy head:

- Yes, you can, I know. He grabbed her hand and kissed it. She freed herself and turned ready to leave.

- Wait a minute! Can I go with you? – cried the shepherd boy.

- With me? But they won’t let you go, you have your parents, friends, your herd…

- You know what… I do not care about anything! I’ll run away with you. Just wait for me a little bit, I’ll go get my stuff. He rushed headlong back home.

The girl had waited for a while, then turned and strode forward.

Having not found the girl at the same place, the shepherd boy got so upset that his eyes filled with tears. With his head bowed, he was about to leave, when suddenly he heard:

- Hey, boy, where are you going? He turned around – the girl in a blue scarf was standing in the middle of the street. The rays of the autumn sun gilded her hair, forming a glittering halo around the head. The girl was smiling.

In the evening, near the campfire, when she fell asleep, the shepherd boy secretly pulled the violin out of the case. He examined the instrument, gently touching the strings. The girl woke up and watched him, but gave no sign.

Walking on the road they talked.

- Where are you from? – asked the shepherd boy.

- I do not know. I fell from the sky, – she laughed in response.

- How come? That doesn’t happen!

- Anything can happen. But seriously – I only know one thing: I’ve always been, and I will always be.

- I don’t understand it, – sighed the shepherd boy.

On their journey breaks, the girl taught him to sing:

- Listen to me first and then sing along.

- No, I can’t do it!

- You can. Just try, sing. And do not think!

Some sort of muffled bellow was coming out of the shepherd boy. Both were rolling with laughter. But amazingly, every time, her student was getting better and better…

During the journey, they swam in the lakes and rivers that they came across on their way. The shepherd boy fished, and she baked the catch on the fire. They picked strawberries together…

One night the shepherd boy could not fall asleep and lay in bed, staring into the darkness. “She fell from the sky,” – he whispered. That night he had a dream: the stars were sedately moving around the sky, when suddenly one of them broke off and fell on the ground. And music started – incredibly beautiful, sad music.

In the morning he could not wait until she woke up. And as soon as she opened her eyes, he gleefully shouted:

- I dreamed about the music! Music! And he started singing.

She listened to him, then pulled out her violin and began to play along. The woods and the meadows grew quiet. Even the babbling brooks ceased, and the birds stopped chirping. Everybody was listening to the amazing melody. No one could explain why it was so sad. As if someone in the throes of ultimate revelation was pouring out his soul. This unknown someone was singing about his loneliness and longing. As if he was striving to share his treasures with people, but people didn’t need them. These gems were falling to the ground, unnoticed, and when people trod on them, the gems were kicked away like roadside pebbles. And from such a cosmic sadness, heaven and earth started trembling…

The shepherd boy stopped singing. The girl put the violin on the ground, came to the shepherd boy, and hugged him.

After many days and nights the forest and the fields came to an end. The girl and the shepherd boy came to the big city. He stayed at the temple, curled up in the sun, and she went to the market to buy some food.

Suddenly the shepherd boy heard: “Catch her, catch! This is a witch, a witch! “ He rushed to the cries and saw a policeman holding his girlfriend by her hair. The old women surrounded the girl and cried: ” Fancy that – she wanted to heal him! But who is she? Who allowed her to do that?!”

The leper whose wounds she tried to heal, has disappeared in the crowd. The policeman took the girl with him. She turned around, and, having found the shepherd boy in the crowd called out to him: “Catch! ” And the violin in the case was in the hands of the shepherd boy.

At night he made his way to the prison window and called to her softly. She looked out and went on to explain:

- There was a leper, covered with ulcers. I can heal such people with my hands. I tried, and he immediately felt better. Well, the rest you saw. After a pause, she added:

- They’re going to cut off my head. Tomorrow.

The shepherd boy cried and in impotent rage clung at the prison window bars, trying to pry them out.

- Don’t do that. I’m almost used to it, – she whispered.

- Used to it? What do you mean? Is it possible to get used to it?

- It is possible. People kill me in every century, under any circumstances. Because I am not like them. Because they do not understand me and fear me. I am immortal, but it still hurts to die. Very painful… Oh well. And do not forget me. And sing – you’re a genuine musician!

The shepherd boy fell to the ground at the prison wall, and for the first time in his life began to pray, asking God to save his girlfriend. But the miracle for which he pleaded did not happen.

Early in the morning the executors brought the girl to the town square. They tore a blue handkerchief off her head. Obediently, she dropped her head on the chopping block. Wag – and the head in red curls rolled on the dais. The crowd roared with approval.

Completely numb, the shepherd boy was watching the execution, but when the people left, he came to his senses, made his way to the dais, and secretly picked up the blue scarf.

Clutching the violin and the scarf, he ran away from the city.

He ran for a long time. A very long time. Then it started to rain. The shepherd boy, soaked to the skin and finally exhausted, fell flat on his face into a puddle.

He was picked up by some old people. They dragged him into the house and put him to bed. The shepherd boy’s mind was wandering. Once he woke up for a moment, and unable to move a finger, watched the old man chopping his violin to firewood, throwing the kindling into the oven. The shepherd boy did not see how the old woman pulled the blue scarf out of his bag, hiding it furtively in her trunk.

Finally the shepherd boy recovered. He did not remember anything about his former life. The old couple adopted him. The shepherd boy started herding sheep and cows, chopping wood, and mowing hay again.

One day coming into the shed for firewood, he noticed something unusual on the floor. He bent down and picked up a piece of a violin fingerboard. He squeezed it in his hand, and all of a sudden as if a thunderbolt struck him – he instantly remembered everything, and his heart started aching fiercely.

At night, he ran away from the elderly couple. He ran across the field, across the ravine, through the forest. But his heart was aching and aching. And there was nobody and nothing in the world that could calm him down.

In the morning shepherd boy climbed to the edge of the wood. Dense fog was drifting around. The shepherd boy took out a piece of the violin fingerboard, put it to his shoulder like a violin, and started playing and singing:

Why, my God, you have given me a heart,

Why have you given me suffering?

I prayed, but you did not hear me.

Why have you taken my girlfriend away from me?

Perhaps I didn’t pray well enough?

There is no more place for me in this world.

Loneliness corroded my heart.

And there is nothing to soothe my heart.

I am no longer able to live But I do not dare to die.

What should I do? Tell me.

Hear my voice, and answer my prayer!

Put an end to my suffering.

This music and this song are for you, my Lord.

The shepherd boy went silent. His head was empty. His heart was empty as well. The fog, surrounding him tightly, started dissipating. Blue-gray clouds were swirling in the autumn sky.

Suddenly, he felt that next to him – inside and outside – there was something else beside an all-consuming emptiness. Or someone. Strange heat was dissipating throughout his body. As if this somebody as huge as the world embraced him.

The little shepherd boy realized that he had never been alone. That all this while someone has been loving him and loving dearly. He just could not see, hear and feel it. He felt ashamed. He fell to his knees and wept. “Oh my God! Forgive me, a sinner, I’m sorry, I’m so sorry! “- he whispered fervently.

And the sky was listening attentively.

Сказка о потерянной душе

Пастушок проснулся от странных звуков, доносившихся с улицы. Протерев глаза, вспомнил – сегодня выходной. Не надо спешить к стаду, можно поваляться, покуда мать не позовет к завтраку.

Незнакомые звуки крепли. Соскочив с постели, он выглянул в окно и увидел толпу, окружившую девушку в синем платке. Рыжие локоны, выбившись из-под платка, подрагивали в такт пронзительной мелодии - девушка играла на скрипке.

Пастушок мигом оделся и выбежал на улицу. Толпа слушателей росла. Кто-то тихо всхлипывал. Кто-то кидал монетки в футляр от скрипки. Наконец, возник городовой. Постояв несколько мгновений, он хлестнул кнутом и принялся разгонять толпу. Девушка, поспешно собрав пожитки, юркнула в ближайший переулок. Пастушок побежал за ней. Не рискуя приблизиться вплотную, он издали наблюдал за ее передвижениями. Она заметила его и остановилась.

- Ты красиво играешь, - выдавил пастушок, задыхаясь от смущения.

- Спасибо. Воцарилось неловкое молчание. Подождав немного, она вздохнула:

- Мне пора. Кстати, ты тоже можешь так играть, если захочешь.

- Я?! – изумился пастушок.

- Что ты! Я простой пастух, а не музыкант.

Она протянула руку и погладила его по вихрастой голове:

- Можешь, я знаю.

Он перехватил ее руку и неожиданно для себя поцеловал ее. Высвободившись, она повернулась, чтобы уйти.

- Подожди! Можно я пойду с тобой? – воскликнул пастушок.

- Со мной? Но тебя не отпустят, у тебя родители, друзья, стадо…

- А… наплевать на все! Я сбегу. Только подожди немного – я за вещами сбегаю. Он опрометью кинулся назад.

Девушка подождала немного, но потом развернулась и зашагала вперед.

Не найдя на прежнем месте девушку, пастушок расстроился так, что на глазах у него выступили слезы. Понурив голову, зашагал было прочь, как вдруг услышал:

- Эй, малый, ты куда?

Он обернулся – девушка в синем платке стояла посередине улицы. Лучи осеннего солнца золотили ей волосы, образуя вокруг головы сверкающий нимб. Девушка улыбалась.

Вечером у костра, когда она уснула, пастушок тайком вытащил из футляра скрипку. Долго разглядывал инструмент, осторожно касаясь струн. Девушка, проснувшись, наблюдала за ним, но виду не подала.

По дороге они разговаривали.

- Ты откуда родом? – спрашивал пастушок.

- Не знаю. С неба упала, - смеялась в ответ девушка.

- Как это? Так не бывает!

- Все бывает. А если серьезно – знаю только одно: я все время была, есть и буду.

- Непонятно, - вздыхал пастушок.

На привалах девушка учила пастушка петь:

- Послушай сначала меня, а потом подпевай.

- Да ничего у меня не получится!

- Получится. Только старайся, пой. И больше ни о чем не думай!

У пастушка выходило невнятное мычание. Оба хохотали до упаду. Но – удивительное дело - с каждым разом у ее ученика получалось все лучше и лучше.

Во время путешествия они купались в озерах и реках, изредка попадавшихся на пути. Пастушок ловил рыбу, а она пекла добычу на костре. Вместе собирали землянику…

Однажды вечером пастушок никак не мог уснуть и долго лежал, вперившись в темноту. «Упала с неба», - прошептал он. В ту ночь ему приснился сон: звезды на небе чинно двигались по кругу, как вдруг одна звезда оторвалась и полетела на землю. И зазвучала музыка – неслыханно прекрасная грустная музыка.

Утром он никак не мог дождаться, пока девушка проснется. И едва она открыла глаза, радостно закричал:

- А мне приснилась музыка! Музыка!

И запел. Она, слушая его, достала скрипку и начала подыгрывать. Притихли леса и поляны. Даже ручьи перестали журчать, и птицы замолкли. Все слушали удивительную мелодию. Никто не мог объяснить, почему она была так печальна. Как будто кто-то в порыве последнего откровения изливал свою душу. Этот неведомый кто-то пел о тоске и своем одиночестве. Он будто очень хотел поделиться с людьми своими сокровищами, но никому они не были нужны. Самоцветы его падали на землю, их никто не искал, а тот, кому они попадали под ноги, отшвыривал их от себя как простые придорожные камешки. И от такой вселенской грусти содрогнулись небо и земля…

Пастушок умолк. Девушка положила на землю скрипку, подошла к пастушку и обняла его.

Через много дней и ночей леса и поля закончились. Девушка и пастушок вошли в большой город. Он остался у храма, прикорнув на солнышке, а она пошла по торговым рядам купить еды.

Внезапно пастушок услышал: «Лови ее, лови! Это ведьма, ведьма!» Он бросился на крики и увидел, что его подругу держит за волосы городовой. Старухи, окружившие девушку, вопили: «Ишь, лечить она вздумала! Да кто она такая! Да кто позволил!» Прокаженный, чьи раны она пыталась врачевать, уже растворился в толпе.

Городовой повел девушку за собой. Она оглянулась, и, отыскав глазами в толпе пастушка, крикнула ему: «Лови!». Футляр со скрипкой оказался в руках у пастушка.

Ночью он пробрался к тюремному окошку и тихонько окликнул ее. Она выглянула и стала объяснять:

- Там был прокаженный. Весь в язвах. Я могу лечить таких руками. Я попробовала, и ему сразу стало лучше. Ну, а остальное ты сам видел. Помолчав, добавила:

- Они собираются отрубить мне голову. Завтра.

Пастушок заплакал и в бессильной ярости вцепился в прутья решетки, пытаясь их вырвать.

- Не надо. Я уже почти привыкла, - прошептала девушка.

- Привыкла?! Ты о чем? Разве можно к этому привыкнуть?

- Можно. Люди убивают меня в любом столетии, при любых обстоятельствах. Потому что я не такая как все. Потому что они не понимают меня и боятся меня. Я бессмертная, но умирать все равно больно. Очень больно. Ну да ладно. А меня не забывай. И пой – ты настоящий музыкант!

Пастушок опустился на землю у тюремной стены и впервые за всю свою жизнь начал молиться: он просил Бога не убивать его подругу. Но чуда, о котором он молил, не произошло.

Ранним утром палачи привели на площадь девушку. Сорвали с головы синий платок. Она послушно опустила голову на плаху. Взмах – и голова в рыжих кудрях покатилась по помосту. Толпа одобрительно загудела. Оцепенев, пастушок наблюдал за происходящим, но, когда люди разошлись, пришел в себя, пробрался к месту казни и украдкой подобрал синий платок. Прижав к себе скрипку и платок, он побежал из города прочь.

Он бежал долго. Очень долго. Потом начался дождь. Пастушок, промокнув до нитки и окончательно обессилев, упал лицом в лужу.

Его подобрали какие-то старики. Перетащили к себе в дом и уложили в постель. Пастушок тяжело бредил. Однажды, очнувшись на миг и не в силах шевельнуть пальцем, он увидел, как старик порубил на дрова его скрипку и растопил ею печь. Он не видел, как старуха вытащила из пастушьего мешка синий платок и, воровато оглядываясь, спрятала его в своем сундуке. Наконец пастушок выздоровел. Он ничего не помнил о своей прежней жизни. Старики его усыновили. Пастушок опять начал пасти овец и коров, колоть дрова, косить сено.

Как-то раз, придя в сарай за дровами, он заметил на полу что-то необычное. Нагнувшись, поднял с пола осколок грифа скрипки. Сжал осколок в руке и вдруг словно молния пронзила его - он мгновенно вспомнил все, и у него отчаянно заболело сердце.

Ночью он сбежал от стариков. Он бежал через поле, через овраг, через лес. А сердце все ныло и ныло. И не было на свете никого и ничего, что бы могло его успокоить.

Наутро пастушок выбрался на опушку. Кругом стоял густой туман. Пастушок вынул из кармана осколок грифа, приложил его как скрипку к плечу, заиграл и запел:

За что, мой Бог, ты сердце мне дал,

За что ты дал мне страдания?

Я молился тебе, но ты не услышал меня.

Зачем ты отобрал у меня мою подругу?

Может быть, я плохо просил?

Нет места больше для меня на земле.

Одиночество разъело мне душу.

И сердце мое уже ничем не успокоишь.

Я не в силах больше жить,

Но и умереть не решаюсь.

Что же мне делать, подскажи.

Услышь мой голос и внемли моей мольбе!

Положи конец моим страданиям.

Эта музыка и эта песня – для тебя, Господи.

Пастушок умолк. В голове его было пусто. В сердце - тоже. Туман, плотно окружавший его, рассеивался. По осеннему небу клубились сизые облака.

Вдруг он почувствовал, что рядом с ним – внутри и снаружи, кроме всепоглощающей пустоты есть еще что-то. Или кто-то. Непонятное тепло стало разливаться по телу. Словно этот кто-то - огромный как мир! - обнял его. Пастушок понял, что никогда и не был одинок. Его все время кто-то любил и любил очень сильно. Он просто не умел это видеть, слышать и чувствовать. Ему стало стыдно. Он упал на колени и заплакал. «Боже мой! Прости меня грешного, прости, прости!» - горячо шептал он.

И небо внимательно слушало.

Powered by SmugMug Log In